Семя священного инжира (2024)

Режиссёр и сценарист Мохаммад Расулоф должен был сидеть в жюри кинофестиваля 2023 года в Каннах. В июле 2022 года его арестовали за критику действий властей по подавлению протестов в городе Абадан на юго-западе Ирана, вызванных трагедией с крушением жилого дома. В мае 2024 года адвокат Расулофа объявил, что его клиента приговорили к 8 годам тюремного заключения вкупе с телесным наказанием, штрафом и конфискацией имущества. Спустя несколько дней сам Расулоф выступил с заявлением о том, что ему удалось бежать из страны, и что теперь он скрывается в одной из европейских стран. Позже Расулоф объявился на премьере картины в Каннах, где сфотографировался на красной ковровой дорожке с занятыми в его фильме Сохейлой Голестани и Миссой Зарехом.
------
Фильм снимали в основном тайком, а спонсорами и продюсерами выступили многочисленные французские и немецкие компании.

Самый тяжелый и мой претендент на 'лучший фильм' 2024 года
------
Есть такой ряд фильмов, которые не захочется пересматривать второй раз. Не потому то они плохие, а потому что очень травматичные. В этот список прямо попадает 'Семя священного инжира'. Я ничего не знал о событиях фильма, демонстрациях, лозунгах, жертвах. Оказывается, в 2022-2023годах в Иране более ста граждан были убиты в ходе протестов против государственной системы. Я видел их на экране впервые, а с другой стороны, испытывал настоящее дежавю, вспоминая, как сам выходил на митинги, или смотрел их в прямых трансляциях. Помню свой шок и страх, гордость за своих смелых соотечественников, жуткую, невозможную обиду и злость на правительство и силовые структуры. Наш мир такой разнообразный с точки зрения верований, традиций, цветов, вкусов, культур. Но такой похожий, когда речь идет о базовых потребностях. Люди нуждаются в безопасности, хотят свободно говорить, что думают, хотят требовать от властей заботы, гарантий, возможностей. Дети хотят любви и понимания своих родителей, а жена доверия мужа. В картине 'Семя священного инжира' мы становимся свидетелями того, как всё это безнадежно рушится.Когда я начал знакомиться с иранским кинематографом несколько лет назад по фильмам Асгара Фархади, я и подумать не мог какую близость я смогу ощутить с людьми из далекой исламской страны. Их проблемы в семье и на работе, строгие религиозные принципы, пребывание в постоянной тревоге. А еще архаические, радикальные и патриархальные понятия о ценности индивидуальности в современном обществе. По ходу просмотра фильма Мохаммада Расулофа я испытал эти чувства еще в большем, трехкратном размере. Ведь события, развивающиеся в нём, прямо напоминают мне о последних двух годах в моей родной стране. Упрямые, слепые люди, с костным и инертным мышлением, люди работающие на правительство, отказывающиеся о здравого смысла, от критического мышления, они тонут в паранойе, ненависти, цинизме и пропаганде. Эта семья в картине - квинтэссенция проблематики отношений во многих домах во время войн и революций. Мне повезло, мои близкие почти во всем совпадают со мной во взглядах, и поэтому я так сильно сопереживал главным героиням, примерно пытаясь поставить себя на их место. Ком держался в горле почти все 2,5 часа. Стыд за отца, неловкость за мать, сочувствие сестрам. Характеры в фильме получились очень живыми и естественными, диалоги острыми и болезненными. Создатели фильма буквально вкладывают нам в руки их пистолет и нас самих в их души. Удивительно уютно кормят нас их едой, надевают на нас их одежду. Это такой великолепный опыт знакомства с чужой культурой. Опыт социологической аналогии, и экстраполяции ее черт на свою. Тебя бьет твоя родина и твой родитель. Как долго ты будешь это терпеть?Визуально фильм получился безукоризненным. Холодным, но ясным, очень интимным и близким за счет крупных планов и долгих интерьерных сцен, снятых, как я понимаю, в основном с естественным освещением, а это дает практически эффект документального фильма. Блестящий актерский состав сажает тебя на место, будто в театре на первый ряд. Фоновая, но проникновенная музыка создает нужный этнический, религиозный драматизм. Ведь перед нами не рядовая, сиюминутная история, а экзистенциальная борьба человека с богом, точней с его законами, с нормами государства, с диктатурой силы. Перед нами не скучный, заумный или нравоучительный фильм, от которого можно зазеваться за два с половиной часа. Мы наблюдаем изысканный и нетривиальный саспенс, перманентный надрыв эмоций. С нас сдирают кожу, режут железом по стеклу, ведут прямо в ад концовки фильма. Которую писали будто по канонам лучших триллеров 90х годов. Погони, допросы, крики, ловушки. И всё это не кажется притянутым за уши. Все детали сюжета органически тонко и одновременно брутально сплетаются в великолепный финал, оставляют спиритическое опустошение и максимально горькое, но целительное послевкусие.